Дискуссионный клуб «Валдай» представил сценарии развития региональных конфликтов

17 февраля в Москве откроется девятая Ближневосточная конференция, подготовленная международным дискуссионным клубом «Валдай» в партнёрстве с Институтом востоковедения РАН. В ней примут участие около 50 политиков и экспертов из 20 стран, в том числе министры. Тема конференции — «Ближний Восток в эпоху перемен: к архитектуре новой стабильности». В центре дискуссии подготовленный экспертами «Валдая» доклад, в котором рассматриваются среднесрочные сценарии развития ситуации в регионе. Однако ознакомившись с докладом, “Ъ” не нашел ответа на вопрос, который обсуждают практически на всех экспертных площадках: какой стратегии будет придерживаться Россия на Ближнем Востоке и какова её роль в стабилизации региона, преподносящего один сюрприз за другим? Казалось бы, где ещё можно получить ответ на этот вопрос, как не в анализе одного из ведущих российских think tank?

Об этом сообщает Футляр от виолончели


России в докладе Валдая посвящено пять небольших абзацев, где сжато изложено, зачем Москве был нужен Ближний Восток и каков сегодня характер её отношений со странами региона. Процитируем их практически целиком:

«Став одним из ключевых внешних игроков, Россия столкнулась с целым рядом угроз, вызовов и рисков, в том числе гибридного характера, непосредственно затрагивающих её национальную безопасность, экономические и политические интересы. Для их отражения ей пришлось повысить уровень своего присутствия на Ближнем Востоке, и в последнее десятилетие её роль в этой части мира заметно возросла.

Взаимодействие России с разными ближневосточными государствами, в том числе находящимися в конфликтных отношениях между собой, нередко приобретает характер стратегического партнёрства и предопределяет её влияние. Москва категорически не приемлет внешнее вмешательство во внутренние дела государств, выступая против инспирирования, поддержки “цветных революций” или стратегий “смены режимов”.

Какие проблемы для России может создать конфликт в Сирии

Теперь, какие бы сценарии для региона ни воплотились в жизнь в результате сложных трансформационных процессов, нет сомнений в том, что Россия сохранит высокую степень вовлеченности в развитие ближневосточных событий».

Отмечается, что цель России — способствовать тому, чтобы Ближний Восток развивался без «авантюристских попыток внешних и некоторых региональных игроков бездумно заменить существующий порядок хаосом, жесткое противодействие терроризму и экстремизму». Сама же Россия действует согласно принципам «конструктивной равноудаленности и честного брокерства», что способствует повышению шансов на победу позитивных сценариев.

Но хотелось бы конкретики — как именно видит себя Россия в постоянно меняющихся реалиях Ближнего Востока.

Единственное упоминание действий России в регионе встречается в контексте перспектив преодоления локальных конфликтов и той роли, которую могут играть здесь внешние факторы.

«В этом контексте нельзя не упомянуть достигнутую в январе 2020 года договоренность между президентами России Владимиром Путиным и Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом, которая позволила убедить конфликтующие стороны прекратить огонь в Ливии (а также в сирийской провинции Идлиб), что, впрочем, не помешало лидерам конфликтующих ливийских лагерей отказаться от подписания соглашения о перемирии 13 января в Москве»,— отмечают авторы доклада.

Эксперты «Валдая» начинают свой доклад с размышлений о понятии «черный лебедь» (события, переворачивающие естественный ход истории), введенном в политический анализ американским риск-менеджером и писателем ливанского происхождения Нассимом Николасом Талебом. Об этом говорится примерно столько же, сколько о роли России в регионе. Но, к сожалению, в докладе не рассмотрены те «черные лебеди», которые могут пошатнуть тщательно выстраиваемый Россией баланс в ближневосточной политике, к примеру, что особенно актуально сегодня, повлиять на её партнёрство с Турцией. А ведь от этого зависит реализация позитивного для Москвы сценария в Сирии, от которого во многом зависит практически вся ближневосточная политика России.

А «лебеди» тем временем уже прилетели — президент Турции фактически предъявил ультиматум России в связи с эскалацией ситуацией в Идлибе.

У Москвы есть всего две недели, чтобы найти компромисс с Анкарой и доказать жизнеспособность выстроенной ею системы сдержек и противовесов в Сирии.

Тем не менее авторы доклада приводят достаточно интересный анализ возможных сценариев развития ситуации на Ближнем Востоке. Отмечается, что основными причинами развития негативного сценария для региона может послужить сохранение напряженности в ирано-саудовских отношениях, хрупкость социально-политической стабильности внутри этих двух государств и продолжение конфликта в Йемене. «Уверенность Тегерана и Эр-Рияда в своей решительной победе и уже привычная игра Вашингтона на противоречиях между ключевыми региональными игроками способствуют реализации этого сценария»,— говорится в докладе.

Интересно, что роли США на Ближнем Востоке уделяется ещё меньше внимания, чем России, и она всегда негативна.

Помимо уже упомянутых «привычных игр» речь идёт и «непоследовательности и непрогнозируемости действий Вашингтона», которая выражается в «безответственных шагах», последним из которых стало убийство командующего силами «Аль-Кудс» Корпуса стражей исламской революции Касема Сулеймани и заместителя командующего народным ополчением Ирака («аль-Хашд аш-Шааби») Абу Махди аль-Мухандиса в аэропорту Багдада в начале января. Речь идёт и о «односторонних шагах», предпринятых президентом США Дональдом Трампом для решения палестино-израильского конфликта, которые лишь усугубляют ситуацию. Со всеми приведенными фактами трудно не согласиться, но мы хотя бы видим ту роль, которую пытаются играть в регионе США. А что делает Россия, кроме переговоров с президентом Эрдоганом по Ливии и Сирии? Этого в докладе нет.

Как Россия возвращает утраченные позиции в арабских странах

Среди факторов, необходимых для воплощения позитивных сценариев в регионе, авторы доклада справедливо отмечают выстраивание системы коллективной безопасности в зоне Персидского залива и шире — во всей Западной Азии. «Она может базироваться на инклюзивных механизмах с участием всех государств Залива (ССАГПЗ+2), на ирано-саудовских договоренностях или же на системе двусторонних соглашений между основными государствами залива»,— отмечается в докладе. Но при этом нет ни слова о неожиданно обновлённой в прошлом году российской Концепции безопасности в зоне Персидского залива. Из чего напрашивается вопрос: а стоит ли она внимания?

В докладе «Валдая» нет приглашения к дискуссии со стороны России.

Обойдены вниманием в докладе и усилия России по примирению палестинцев, а также её предложение предоставить свою площадку для палестино-израильских переговоров. Последнее скорее вряд ли возможно в ближайшей перспективе, но тем не менее кому как не российским экспертам напоминать западным и арабским коллегам о посреднической миссии России?

Марианна Беленькая



Источник: “https://www.kommersant.ru/doc/4252243”

ТОП новости

Вход

Меню пользователя